![](p1_f1.gif)
Стихотворения сотрудников Уральского
отделения РАН (Из книги: Отражение. — Екатеринбург, 2004)
Парфен Бастан
А.П. Дерягину
Помнишь, Саша, апрель
Сорок пятого года,
Как на польских проселках
Расцветала сирень,
Как деревни горели
У холодного Одера
И гремел без умолку
Огонь батарей,
Как ревели с утра
Бомбовозы над Шпрее,
Как, сжимаясь от страха,
Кипела река,
Как в огонь переправы
Ушла батарея,
Расстреляв по Рейхстагу
Последний БэКа.
Помнишь, Саша, пехоту,
Опаленную шквалом,
И последней гранаты
Последний удар,
Как фашисты толпою
Шли наверх из подвала,
Чтоб сложить автоматы
Уже навсегда.
По-пластунски и шагом,
От начала до точки
Ты довел свое дело,
Как умел, до конца
И на плитах Рейхстага
Написал свои строчки
Не углем и не мелом,
А морзянкой свинца.
Не грусти, что седины
Не растают в апреле,
А проклятое время
Куда-то бежит,
Наливай по единой
За твою батарею,
За погибших на Шпрее,
За оставшихся жить.
Побег
В Каунасе, в шестом форту,
Третий день без крошки во рту.
А назавтра, за зоной, во рву,
Нашу ниточку залпом порвут.
Нас положат, как шпалы, в ряд —
Сорок пять обреченных ребят.
И карателей пьяных взвод
Автоматы на нас наведет.
Но пока наше сердце стучит,
И прожектор блуждает в ночи,
Мы копаем тоннель под забор
И о камень точим топор.
Пусть до смерти остался час,
Но еще не зарыли нас,
Мы ведем наш последний бой,
Мы сражаемся с нашей судьбой.
И, наверное, этот бой
Проиграет фашист-часовой.
А за Неманом лес да лес,
А за Неманом лодки есть,
А за Неманом тьма болот,
Там погоня нас не найдет.
Мы мечтаем, землю грызя, —
Умирать нам пока нельзя.
Видно, дома молились за нас.
Далеко позади Каунас,
Позади гробовая дыра —
Мы еще подождем умирать,
Мы — двенадцать оставшихся жить,
Те, кто Неман сумел переплыть.
Алексей Воробьев
Вернулся бы батька домой
Мне имя, бывало, — как ноша…
В голодные трудные дни
В селе говорили: «Алеша,
Коров поскорее гони».
Я худ был и узок плечами.
Я кнут вместо книжек носил.
И часто я думал ночами:
«Ну чем я его заслужил?».
Глядел я на черное небо
И сам был похож на грача…
Ох, лучше бы дали мне хлеба,
Чем китель с чужого плеча!
В мечтах расцветал,
был прекрасен
Мой мир — без войны —
молодой.
Но самое главное счастье —
Чтоб батька вернулся домой.
Исаак Модель
Аккордеоны
Едва закончилась война,
И в городе, что сплошь был зоной,
Еще не отойдя от сна,
Я слышал хор аккордеонов.
Была за Енисеем ширь —
Все больше вдовы да ребята.
И в этот женский монастырь
Съезжались бравые солдаты.
Мужья, любимые, сыны,
Познавшие бои и стоны,
Они везли домой с войны
Трофейные аккордеоны.
А те, забыв немецкий дух,
Что был в них вложен мастерами,
Ласкали сибирячек слух
Высокой пробы голосами.
И над пьянеющим угаром
Я это слышу, как сейчас:
Летал волнующим пожаром
Манчжурский вальс.
Владимир Скрипов
Душа России
Смутное время. Как будто борзые,
Кинулись люди хватать не свое…
Где же душа золотая России?
В каждом из нас! Приголубьте ее.
Вышли на сцену нагие, босые,
Бедные духом. Кривлянье, нытье…
Где же душа золотая России?
В каждом из нас! Берегите ее.
Горе-политики, вы не мессии,
Глянь, как слетелось на пир воронье…
Где же душа золотая России?
В каждом из нас! Защитите ее.
Много скитальцев
в когтях ностальгии,
Им и в достатке житье — не житье.
Где же душа золотая России?
В каждом потерянном сыне ее.
В яви и снах — васильковые сини,
Светлые рощицы, речки, жнивье.
Всюду душа золотая России,
В каждой живинке частица ее.
|