Skip to Content

ИЗ ПОКОЛЕНИЯ АТЛАНТОВ

В ноябре прошлого года Екатеринбург простился с одним из известнейших и подлинно любимых земляками горожан — одним из крупнейших современных отечественных живописцев Мишей Брусиловским.
Воистину это была фигура «градообразующая». За свою долгую жизнь Миша Шаевич (7 мая 1931, Киев — 3 ноября 2016, Екатеринбург) не только создал множество талантливейших произведений в разных жанрах, но благодаря уникальности уже чисто человеческого дара создал круг единомышленников и вместе с ними несколько десятилетий держал, что называется, планку нравственного и культурного самосознания городской интеллигенции. Потому теперь и говорим о невосполнимой потере…
Родился будущий художник в семье военного инженера, в начале Великой Отечественной войны вместе с младшим братом был эвакуирован в г. Троицк на Южном Урале, но затем вместе с мобилизованной тетей-военврачом ездил по стране на санитарном поезде. Сразу после освобождения города он вернулся в Киев и поначалу зарабатывал чисткой обуви на привокзальной площади. Именно здесь по стечению обстоятельств его неординарные способности в рисовании заметил местный криминальный авторитет и отвез мальчика в интернат для одаренных детей. С 1945 г. Брусиловский учился в художественной школе им. Т.Г. Шевченко, в художественный институт не поступил, но  вскоре стал таки студентом факультета графики Института живописи, ваяния и зодчества им. И.Е. Репина в Ленинграде и после его окончания в 1959 г. приехал по распределению в Свердловск.

Еще в институте он подружился со свердловчанином Геннадием Мосиным, а по приезде на Урал вошел в сообщество таких ярких творческих личностей, как Виталий Волович, Герман Метелев, Андрей Антонов, Анатолий Калашников. Все они стремились к обновлению художественного языка, и (хотя тогда в СССР, тем более в провинциальном «закрытом» городе это было непросто) были в курсе всех актуальных мировых тенденций в искусстве. На рубеже 1960-х, когда в стране развернулась борьба с так называемым «формализмом», подверглось чиновничьей критике и творчество Брусиловского — одна газетная статья тогда могла «опустить занавес» перед всей дальнейшей карьерой живописца. Тот, однако, не отступился. В 1964 г. едва не было запрещено к экспонированию созданное им совместно с Г. Мосиным монументальное полотно «1918-й», где В.И. Ленин и его соратники выглядят не добрыми и мудрыми «отцами народа», а жесткими (если не жестокими) командирами на линии фронта, вождями военного коммунизма. Все же картина была выставлена в Москве, репродуцировалась в журналах, представляла СССР на Биеннале в Венеции. Так же не приняли апологеты соцреализма и картину друзей-соавторов «Красные командиры времен Гражданской войны на Урале» (1969). В 1970–1980-е как член Союза художников СССР  М. Брусиловский выполнял государственные заказы, но часто даже его работы на беспроигрышную  производственную тему не вписывались в официальную идеологию — безжизненному канону он всегда предпочитал живописный эксперимент, яркие психологические характеристики персонажей. И, конечно же, его больше интересовали вечные вопросы: внутренний мир человека, мифологические архетипы, противоречия мировой истории… Лишь с конца 1980-х был снят полулегальный запрет «на Брусиловского», и последовавшие за этим большие персональные выставки на родине и за рубежом показали наконец весь масштаб и таланта, и личности автора. За последние десятилетия он стал действительно достоянием Свердловска-Екатеринбурга, работал много и плодотворно практически до последних дней, хотя долгие годы ему пришлось бороться со смертельной болезнью. На выставках последних лет преобладают картины на библейские и мифологические сюжеты, портреты, все — в неподражаемой индивидуальной манере, сочетающей прямое наследование традиций классической европейской живописи со смелостью и свободой цветовых и композиционных решений. Зачастую на этих полотнах реализм уживается с абстракцией, а добрая ирония — с лирикой, печалью, философским обобщением.
Говорят друзья и многолетние собеседники художника:
Виталий Волович, Народный художник России, член Российской академии художеств: «Его мир — неохватен… Из богатства внутренней жизни художника рождаются его образы — мощные и нежные, светлые и драматические. Они возникают из бесконечного пространства его картин, из структуры его живописи, жестко организованной и чувственной одновременно. Это необозримое пространство заселено апостолами и блудницами, сверкающими ангелами, вздыбленными конями, львами, женщинами… Это трагический мир Распятий, Искушений, Изгнаний». «Думаю, что люди должны приложить весь свой жизненный опыт и попытаться проникнуть в глубину картин и испытать сильнейшее творческое впечатление. Надо быть готовым к работе интеллектуальной, эмоциональной и постараться даже в тех работах, которые вызывают отторжение непривычным стилем, испытать удовольствие от мощи человеческой личности, которая это сделала».
Евгений Ройзман, кандидат исторических наук, коллекционер, политик:
«…думаю, что крупнейший русский художник второй половины двадцатого века красит себе картинки, веселые, сильные и добрые».  «Он глубокий человек, фактура — он сам, его дом, окружение и картины — очень сильная…». «Вот так и жил всю жизнь: в партию не вступал, друзей не предавал, под власть не прогибался». «Он видел так много, что было в это время, но всегда оставался веселым, добрым, радостным человеком, который помогал всем».
А сам Миша Шаевич говорил так:
— По своей художественной организации я передвижник… это были люди социального масштаба.
— Художник все время живет с ощущением того, что он что-то должен сделать…
— …художник – это значит сделать интересно.
— …внутренне ты все время хочешь сделать лучше, чем ты можешь.
— Картины имеют свою биографию, свою жизнь. Может, где-то они висят, кому-то нравятся... По поводу своих картин я никогда не волновался — я не жадный. Вообще, к жизненным проблемам надо относиться философски: случилось, прошло — и вперед, если возможно. Оглядываться и страдать не имеет никакого смысла.
— Славы мне всегда было достаточно, и всю жизнь я пытался обменять славу на деньги. В результате, у меня ни того, ни другого.
— Для меня страх смерти — это страх недоделанной работы.
— Я не сделал, может быть, десятой доли того, что мог бы сделать…
Подготовила
Е. Изварина
Воспроизведены картины «Охота на львов» и
«Игры в мяч»
Год: 
2017
Месяц: 
март
Номер выпуска: 
5
Абсолютный номер: 
1152
Изменено 14.03.2017 - 16:45


2012 © Российская академия наук Уральское отделение
620990, г. Екатеринбург, ул. Первомайская, 91
popov@prm.uran.ru +7(343)374-54-40