«ЕСЛИ БЫ ДА КАБЫ» В НЕПРЕДСКАЗУЕМОМ МИРЕ

«История в сослагательном наклонении: игра ума или метод исследования?» — тема для обсуждения на первом в наступившем сезоне заседании Евразийского научно-исследовательского института человека звучит весьма злободневно. Связь времен, связь индивидуума с историей народа, нации, государства и культуры, историческая обусловленность, историческое сознание, знание, образование и просвещение (как, впрочем, и незнание, мифологическое и мистическое восприятие, всевозможные стереотипы) — все это сегодня как никогда на слуху, на виду и в повестке дня. Возможности СМИ растут лавинообразно — соответственно, ежедневно на каждого из нас  обрушивается поток сведений о фактах (столько же и псевдофактах) прошлого, настоящего и будущего, возникает ощущение, что именно сегодня история творится в буквальном смысле на наших глазах. «Исторический момент» растягивается и длится бесконечно — какое уж тут разумное осмысление событий, хотя бы «чрез бездну двух или трех дней»?..

Тем не менее профессионал обязан оставаться таковым при любых обстоятельствах, для того и служат исторической науке определенные «защитные механизмы», методологический фундамент — прежде всего. За круглым столом как раз и предполагалось поговорить об актуальных проблемах методологии в период всеобщего увлечения альтернативной историей и обсуждением событий прошлого в сослагательном наклонении. Но в большей степени разговор затронул все-таки сам этот общественный феномен, формы его проявления в различных сферах жизни. Открывая заседание, президент ЕНИИЧ УрО РАН академик В.А. Черешнев обратил внимание на взаимосвязь использования «сослагательного наклонения» и эмоционального восприятия движения времени и событий истории. Важно то, насколько человек способен и охватить умом, и принять сердцем предлагаемую гипотезу на тему «а что было бы, если…». Именно поэтому одни события либо целые периоды бесконечно обсуждаются с точки зрения различных возможностей, другие не затронуты модным поветрием вообще. Отсюда же — обилие художественных произведений в жанре альтернативной истории.

Доктор исторических наук профессор УрФУ С.В. Рыбаков (на фото слева) обратился к первоосновам существования исторической науки: с одной стороны, базируясь на фактах и общепринятой хронологии, она может считаться точной наукой. Но с другой — «за каждым фактом тянется интерпретация, оценка. Нам интересны лишь факты, за которым есть смыслы, факты, связанные причинами и следствиями… Интерпретации и превращают историю из точной науки в гуманитарную, тогда и возникает почва для рассуждений в сослагательном наклонении». Расхождения историков базируются на той самой эмоциональной окраске восприятия. К примеру, причины, события и итоги войны между двумя и более странами специалистами в каждой из этих стран трактуются по-разному. По мнению С.В. Рыбакова, приоритетом и критерием в науке все же является истина, история не должна быть «служанкой политики». Сослагательность как таковая имеет право на существование, но лишь как инструмент «разовый», применяемый для изучения конкретного события. Альтернативная же история, как потянувшаяся цепочка следствий из предположений — это, естественно, не наука, а в лучшем случае разновидность фэнтези.

Но, как видим, именно этот жанр стремительно набирает популярность. Являются ли такие произведения только «чтивом», или заслуживают вдумчивого прочтения и  серьезного изучения? Положительно на последний вопрос ответил историк и литературный критик, кандидат исторических наук С.С. Беляков (на фото слева). Он вкратце познакомил присутствующих с содержанием романа О. Кудрина «Полтавская перемога» (2012), действие которого происходит в 1930–1950-х гг., но… в альтернативной реальности: в государстве Русь Посполитая, образовавшемся после победы поляков и украинцев в Северной войне. По мнению докладчика, важно в данном случае не то, что, строго говоря, такая победа была в принципе недостижима. Роман дает возможность сегодняшнему читателю взглянуть на взаимоотношения и взаимоположение данных стран и народов с новой точки зрения — «с точностью до наоборот», отбросить стереотипы. Выступивший следом писатель, доктор технических наук В.В. Каржавин увлечен изучением роли случая (а в связи с этим — и отдельной личности) в истории, является автором двух книг на эту тему. Он привел несколько значимых, по его мнению, «развилок» в мировой истории — когда случайное стечение обстоятельств решило судьбу войны, государства и т.п. Показательно, что упомянутые им альтернативы ведения и исхода Отечественной войны 1812 г. вызвали оживленную дискуссию: через 200 лет многих в России все еще по-настоящему волнуют черты личности Наполеона, а также крупнейших русских полководцев.

Доктор исторических наук, сотрудник ИИА УрО РАН  С.А. Нефедов в докладе «Случайность и закономерность в истории» отметил, что сейчас мы живем в гораздо более непредсказуемом мире, чем раньше, и напомнил о роли такой дисциплины как экономическая история, которая способна вернуть исторические исследования «в лоно» точной науки, поскольку изу-чает не только причины и следствия, событий, но и закономерности в развитии общества. Столь же применимы к этим закономерностям, к примеру, законы популяционной экологии. «Случайность, — подчеркнул докладчик, — заложена в самой демографической основе исторического развития». Чтобы выявить его закономерности, нужно изучить огромное количество фактов. И наоборот: «При анализе альтернатив нужно учитывать не только факты, но и фундаментальные закономерности». С точки зрения правоведа В.М. Танаева (первое фото) альтернативная история является обязательным инструментом в изучении исторического события, позволяя перейти от классической научности к неклассической — часто более «жесткой» в подходах, нежели общепринятая гуманитарная методология. Приемлемым либо обязательным методом посчитали «сослагательное наклонение» и альтернативную историю и другие участники круглого стола. Подводя итоги дискуссии, В.А. Черешнев подчеркнул определяющую роль многофакторного анализа в успехе тех или иных научных прогнозов – он убеждался в этом не раз на собственном опыте ученого-иммунолога и руководителя крупных проектов. «В исследованиях, заключил он, ко всему следует подходить системно, не забывая при этом и о том, что мы называем «обратной связью»». Как видим, в современных условиях развивающихся междисциплинарных отношений, обновления методологических парадигм альтернативное видение истории в качестве эксперимента может лишь приветствоваться. В том случае, разумеется, если в приоритете остается поиск истины, подлинная научность.