![](/sites/default/files/u80/24_01_08.jpg)
В первом декабрьском номере «Науки Урала» (№ 23) опубликован материал под названием «Минимизировать риски», посвященный проблемам экологического характера, возникающим в связи с созданием новых производств ГК «Росатом» в Зауралье. Вопрос обсуждался на семинаре в ИПЭ УрО РАН, где с докладом выступил кандидат физико-математических наук В.И. Максимов — эксперт СО НКО «Фонд общественного контроля за состоянием окружающей среды и благополучием населения» (Курган).
Представленный доклад вызвал интерес у ученых-экологов и дискуссию, в продолжение которой хотелось бы затронуть некоторые вопросы, связанные с экологической безопасностью технологических решений по обработке, утилизации и обезвреживанию токсичных отходов на предполагаемом к строительству в Приуралье (Камбарка Удмуртской Республики) соответствующего производственно-технического комплекса (ПТК). ПТК «Камбарка» — близнец ПТК «Щучье» в Курганской области, и его функционирование рождает аналогичные проблемы, от решения которых будет зависеть экологическое благополучие региона. Заказчиком ПТК «Камбарка» также является ФЭО (Федеральный экологический оператор) — дочерняя структура Росатома.
Необходимость обезвреживания и переработки опасных отходов в централизованном порядке была впервые поставлена на государственном уровне в национальном проекте «Экология», и в 2019 году принято постановление Правительства, конкретизирующее предстоящую работу. Нет сомнений, что такую работу нужно было начинать гораздо раньше, страна уже «задыхалась» от несанкционированных свалок, огромных площадей полигонов отходов, многочисленных объектов накопленного экологического вреда. В итоге, хотя и с запозданием, было сказано, что Россия не должна превратиться в страну «победившего» мусора.
Но «побеждать» мусор, в т.ч. опасные промышленные отходы, необходимо технологически грамотно, эффективно, без ущерба окружающей среде и здоровью человека. Анализ проектной документации ПТК, выполненный экспертными комиссиями общественной экологической экспертизы с привлечением высококвалифицированных специалистов — экологов, химиков, медиков — показал, что технологические решения по работе с отходами 1–2 классов опасности далеки от совершенства и не обеспечивают необходимые эффективность и безущербность.
Особую тревогу вызывает реализация на ПТК предложенной Росатомом технологии высокотемпературного обезвреживания (сжигания) токсичных отходов, который считает ее простой, доступной, экономичной и эффективной. Однако существует одна серьезная проблема — невозможность исключения образования диоксинов в продуктах сжигания и полного их улавливания системами фильтрации даже при современном уровне развития техники и технологии, заставившая страны ЕС еще в 2017 г. принять решение о принципиальном отказе от такой технологии.
Диоксинами называют полихлорированные продукты дибензо-1,4-диоксина. Это — суперэкотоксиканты, имеющие высокую биологическую активность, распространяющиеся в окружающей среде далеко за пределы своего первоначального местонахождения (образования). Они обладают канцерогенным, мутагенным, эмбриотоксическим действием, подавляют иммунную систему («диоксиновый СПИД») и в случае получения человеком через продукты питания или в виде аэрозолей вызывают «синдром изнурения» — постепенное истощение и смерть без явно выраженных патологических симптомов. Токсическое действие диоксинов на человека проявляется уже в очень малых дозах (не более 10 нг/кг веса), при этом они способны накапливаться в организме. Недавно проведенные исследования испанских и французских ученых показали, что в зоне радиусом 50 км от места расположения мусоросжигательных заводов наблюдается статистически достоверное повышение онкозаболеваемости населения, проживающего в этой зоне. Такой «букет» вредного воздействия на организм человека не может не придавать первостепенного значения устранению возможностей образования диоксинов в тех или иных технологических процессах и попадания их в окружающую среду.
В свое время сотрудниками Института механики УрО РАН были проведены научные изыскания в области образования диоксинов при термическом обезвреживании отходов производства и потребления (см., напр.: Петров В.Г. Расчет количества образовавшихся диоксинов в дымовых газах установок по сжиганию отходов и оценка токсичности газовой смеси // Химическая физика и мезоскопия, 2016, т. 18, № 3, с. 460-467; Петров В.Г., Корепанов М.А., Трубачев А.В., Жиров Д.К. Применение термодинамических и кинетических расчетов реакций синтеза диоксинов для контроля их количества в дымовых газах установок по сжиганию отходов // Сб. научных трудов Института механики УрО РАН «Механика и физико-химия гетерогенных сред, наносистем и новых материалов», 2015, с. 147–161). Было доказано, что время пребывания газовой смеси, образующейся при сжигании отходов, более 1 секунды в температурном интервале ресинтеза диоксинов приводит к их образованию в отходящих газах в количествах, угрожающих загрязнению атмосферного воздуха. Самые «продвинутые» в мире конструкции котлов-утилизаторов обеспечивают на сегодняшний день минимальное время такого пребывания на уровне 7 секунд, что гарантированно создает условия вторичного образования диоксинов в газовых выбросах и поступления их в окружающую среду.
Отдельный вопрос в рамках диоксиновой проблемы — химико-аналитический контроль их содержания в выбросах предприятий и объектах окружающей среды. На сегодняшний день еще не удалось разработать аналитические методики и создать оборудование, позволяющее осуществлять экспрессный («on-line») контроль содержания диоксинов в тех или иных матрицах. Существующие методы очень трудоемки, аналитическая процедура сама по себе весьма сложна, затратна по времени, требует дорогостоящих реактивов и оборудования, при этом в России имеются всего лишь 6 аккредитованных лабораторий, способных проводить такие анализы, стоимость которых попросту запредельна. Следует отметить, что отечественного оборудования в этих лабораториях нет (имеющиеся отечественные приборы не обладают необходимой избирательностью и чувствительностью), а поддержка зарубежных приборов в условиях санкционного давления является непростой задачей. Неудивительно, что планы производственного экомониторинга на ПТК предусматривают проведение анализа газовых выбросов и почвы в районе их расположения на содержание диоксинов лишь один раз в год. Можно представить, каков при этом будет уровень «оперативности» принятия соответствующих мер в случае аварийных ситуаций либо в случае опасного превышения содержания диоксинов в выбросах в ходе штатного технологического процесса.
Для недопущения ситуации диоксинового заражения больших территорий в центре России (имеются в виду строящиеся ПТК в Саратовской, Кировской, Курганской областях и Удмуртии) были высказаны предложения о приостановке строительства ПТК в районах компактного проживания населения до создания в стране «бездиоксиновых» технологий обезвреживания опасных отходов. Соответствующие разработки имеются, например, технология сверхкритического водного окисления или технология низкотемпературного пиролиза, которые необходимо просто довести до промышленных масштабов уничтожения отходов 1–2 классов опасности. Необходимо создание отечественных аналитических приборов для оперативного контроля образования диоксинов либо перенесение дислокации ПТК в безлюдные районы с графиком работы на них вахтовым методом. Так это сделано, например, в Белоруссии, где соответствующий комплекс построен в 80-километровой зоне отчуждения, образовавшейся после чернобыльской аварии, без проживающего там населения. Но все упирается в решения директивных органов, где определены сроки введения в эксплуатацию ПТК и не предполагается никаких альтернатив их строительству и месту дислокации. Хотелось бы спросить читателей: что должно являться приоритетом в данном случае — выполнение сроков или здоровье большой части населения страны?
Решение проблемы строительства ПТК должно основываться не на догме отсутствия альтернативных вариантов их размещения в иных дислокациях, кроме обозначенных в соответствующих постановлениях, а на обеспечении конституционного права граждан жить в благоприятной окружающей среде. ФЭО ссылается на положительные заключения государственной экологической экспертизы в отношении предстоящей деятельности ПТК, согласно которым она не должна нести негативных последствий ни для окружающей среды, ни для здоровья людей.
К сожалению, необходимо констатировать, что данные заключения принимались экспертными комиссиями, в составе которых не было высококвалифицированных специалистов (докторов либо кандидатов наук) ни в области экологической безопасности промышленного производства, ни в области химической технологии, равно как и в области медицины и токсикологии.
Историческая практика показывает, что без объективного и всестороннего анализа возможных негативных последствий нельзя начинать реализацию экологически значимых проектов. Это можно продемонстрировать попыткой ЦК КПСС и Совета Министров СССР реализовать в стране проект переброски части стока сибирских рек в Казахстан и Среднюю Азию в 1970–1976 гг., когда также принимались необходимые положительные заключения. Однако, благодаря ответственной позиции целого ряда ученых и общественности, вскрывших факты ошибок и просчетов, допущенных при разработке проектной документации, в 1986 г. на специальном заседании Политбюро ЦК КПСС было решено прекратить уже начатые работы.
Сегодня ни у кого не вызывает сомнения необходимость переработки, утилизации и обезвреживания опасных отходов взамен их складирования на свалках, либо захоронения. Но при этом не надо забывать гиппократовское Рrimum non nocere («прежде всего не навреди»): человек и природа — живые организмы, и их здоровье должно являться приоритетом цивилизованного сообщества.
А. Трубачев,
эксперт научно-технической сферы Республиканского исследовательского научно-консультационного центра экспертизы Министерства науки и высшего образования РФ, член Научного совета по аналитической химии РАН, член правления РХО им. Д.И. Менделеева, Почетный работник науки и техники РФ, кандидат технических наук,
Ижевск